August 27th, 2015

Заметка по 3-й рукописи Маркса. Коммунизм (часть 1)


Кустодиев, «Большевик»

Маркс пишет, что существо противоречия не между наличием и отсутствием собственности, а в деятельном соотношении, то есть в процессе отчуждённого труда, в противоположности труда и капитала: “труд, субъективная сущность частной собственности, как нечто исключающее собственность, и капитал, объективированный труд, как нечто исключающее труд, – такова частная собственность как развитая до степени противоречия форма указанной противоположности, а потому как энергичная, побуждающая к разрешению этого противоречия”.


Маркс осмысляет, как будет проходит снятие этого противоречия, то есть преодоление отчуждения труда. Подобно тому как он рассматривал сначала результат отчуждённого труда, а потом переходил к рассмотрению процесса отчуждённого производства (самоотчуждения) - снятие отчуждения, говорит Маркс, пройдёт тот же путь:


Снятие самоотчуждения проходит тот же путь, что и самоотчуждение. Вначале частная собственность рассматривается только со своей объективной стороны, – но труд все же мыслится как ее сущность. Ее формой существования является поэтому капитал, подлежащий уничтожению "как таковой" (Прудон). Или же особый характер труда – труд нивелированный, раздробленный и поэтому несвободный мыслится как источник пагубности частной собственности и ее отчужденного от человека существования; Фурье, который, подобно физиократам, опять-таки считает земледельческий труд по меньшей мере наилучшим видом труда, тогда как по Сен-Симону, наоборот, суть дела заключается в промышленном труде как таковом, и он в соответствии с этим домогается безраздельного господства промышленников и улучшения положения рабочих.


Маркс вводит понятие коммунизма: “И, наконец, коммунизм есть положительное выражение упразднения частной собственности; на первых порах он выступает как всеобщая частная собственность.” Отметим, что упразднение частной собственности подразумевает упразднение отчуждённого труда, а не просто уничтожение эксплуатации или капитала. Маркс пишет о формах коммунизма, и пишет так здорово, что я приведу полную цитату.


Маркс пишет, что если отчуждение процесса труда (самоотчуждение) не снято, а только частная собственность стала всеобщей - это приводит к бесконечной деградации, к расчеловечиванию, к скатыванию человека в звериное состояние. Маркс объясняет это и связывает с культурой и с родовой сущностью человека.


1-я форма коммунизма “является лишь обобщением и завершением этого отношения. Как таковой он имеет двоякий вид: во-первых, господство вещественной собственности над ним так велико, что он стремится уничтожить все то, чем, на началах частной собственности, не могут обладать все; он хочет насильственно абстрагироваться от таланта и т.д. Непосредственное физическое обладание представляется ему единственной целью жизни и существования; категория рабочего не отменяется, а распространяется на всех людей; отношение частной собственности остается отношением всего общества к миру вещей; наконец, это движение, стремящееся противопоставить частной собственности всеобщую частную собственность, выражается в совершенно животной форме, когда оно противопоставляет браку (являющемуся, действительно, некоторой формой исключительной частной собственности) общность жен, где, следовательно, женщина становится общественной и всеобщей собственностью. Можно сказать, что эта идея общности жен выдает тайну этого еще совершенно грубого и неосмысленного коммунизма. Подобно тому как женщина переходит тут от брака ко всеобщей проституции,* так и весь мир богатства, т.е. предметной сущности человека, переходит от исключительного брака с частным собственником к универсальной проституции со всем обществом. Этот коммунизм, отрицающий повсюду личность человека, есть лишь последовательное выражение частной собственности, являющейся этим отрицанием. Всеобщая и конституирующаяся как власть зависть представляет собой ту скрытую форму, которую принимает стяжательство и в которой оно себя лишь иным способом удовлетворяет. Всякая частная собственность как таковая ощущает – по крайней мере по отношению к более богатой частной собственности – зависть и жажду нивелирования, так что эти последние составляют даже сущность конкуренции. Грубый коммунизм есть лишь завершение этой зависти и этого нивелирования, исходящее из представления о некоем минимуме. У него –определенная ограниченная мера. Что такое упразднение частной собственности отнюдь не является подлинным освоением ее, видно как раз из абстрактного отрицания всего мира культуры и цивилизации, из возврата к неестественной простоте бедного, грубого и не имеющего потребностей человека, который не только не возвысился над уровнем частной собственности, но даже и не дорос еще до нее. Для такого рода коммунизма общность есть лишь общность труда и равенство заработной платы, выплачиваемой общинным капиталомобщиной как всеобщим капиталистом. Обе стороны взаимоотношения подняты на ступень представляемой всеобщности: труд – как предназначение каждого, а капитал – как признанная всеобщность и сила всего общества.


В отношении к женщине, как к добыче и служанке общественного сладострастия, выражена та бесконечная деградация, в которой человек оказывается по отношению к самому себе, ибо тайна этого отношения находит свое недвусмысленное, решительное, открытое, явное выражение в отношении мужчины к женщине и в том, как мыслится непосредственное, естественное родовое отношение. Непосредственным, естественным, необходимым отношением человека к человеку является отношение мужчины к женщине. В этом естественном родовом отношении отношение человека к природе непосредственно заключено его отношение к человеку, а его отношение к человеку есть непосредственным образом его отношение к природе, его собственное природное предназначение. Таким образом, в этом отношении проявляется в чувственном, виде, в виде наглядного факта то, насколько стала для человека природой человеческая сущность, или насколько природа стала человеческой сущностью человека. На основании этого отношения можно, следовательно, судить о ступени общей культуры человека. Из характера этого отношения видно, в какой мере человек стал для себя родовым существом, стал для себя человеком и мыслит себя таковым. Отношение мужчины к женщине есть естественнейшее отношение человека к человеку. Поэтому в нем обнаруживается, в какой мере естественное поведение человека стало человеческим, или в какой мере человеческая сущность стала для него естественной сущностью, в какой мере его человеческая природа стала для него природой. Из характера этого отношения явствует также, в какой мере потребность человека стала человеческой потребностью, т.е. в какой мере другой человек в качестве человека стал для него потребностью, в какой мере сам он, в своем индивидуальнейшем бытии, является вместе с тем общественным существом.


Таким образом, первое положительное упразднение частной собственности, грубый коммунизм, есть только форма проявления гнусности частной собственности, желающей утвердить себя в качестве положительной общности.”


2-я форма коммунизма “…Коммунизм a) еще политического характера, демократический или деспотический; b) с упразднением государства, но в то же время еще незавершенный и все еще находящийся под влиянием частной собственности, т.е. отчуждения человека. И в той и в другой форме коммунизм уже мыслит себя как реинтеграцию или возвращение человека к самому себе, как уничтожение человеческого самоотчуждения; но так как он еще не уяснил себе положительной сущности частной собственности и не постиг еще человеческой природы потребности, то он тоже еще находится в плену у частной собственности и заражен ею. Правда, он постиг понятие частной собственности, но не уяснил еще себе ее сущность.


И, наконец, 3-я форма коммунизма, снятие самоотчуждения (процесса отчуждённого труда) и возвращение человека к его подлинной человеческой сущности: Коммунизм как положительное упразднение частной собственности – этого самоотчуждения человека и в силу этого как подлинное присвоение человеческой сущности человеком и для человека; а потому как полное, происходящее сознательным образом и с сохранением всего богатства предшествующего развития, возвращение человека к самому себе как человеку общественному, т.е. человечному. Такой коммунизм, как завершенный натурализм, = гуманизму, а как завершенный гуманизм, = натурализму; он есть действительное разрешение противоречия между человеком и природой, человеком и человеком, подлинное разрешение спора между существованием и сущностью, между опредмечиванием и самоутверждением, между свободой и необходимостью, между индивидом и родом. Он – решение загадки истории, и он знает, что он есть это решение“.


3-я форма коммунизма, которую осмысляет Маркс, по существу совпадает с определением С.Е.Кургиняна: “Коммунизм - это раскрепощение и пробуждение высших творческих сил в каждом человеке” (напомню, что родовой сущности человека Маркс посвятил часть в 1-й рукописи, и этому посвящена отдельная заметка). По существу Маркс в 1-й рукописи сказал, что сущность человека - в свободном [общественном] труде (оно же выражено формулой “из царства необходимости в царство свободы”), Маркс назвал это производством в истинном смысле и упомянул о красоте, то есть о тех самых высших творческих силах. С.Е.Кургинян говорит о пробуждении и раскрепощении высших творческих сил (то есть о “сверх-я”, об идеалах, о Высокой Культуре и т.д.) в каждом человеке - это может сделать только общество, то есть для этого необходимо снятие отчуждения [общественного] труда.


Маркс пишет, что “все движение истории есть, с одной стороны, действительный акт порождения этого коммунизма – роды его эмпирического бытия, – ас другой стороны, оно является для мыслящего сознания постигаемым и познаваемым движением его становления”.


А что является основой этого исторического движения? Движение частной собственности, говорит Маркс: “Нетрудно усмотреть необходимость того, что все революционное движение находит себе как эмпирическую, так и теоретическую основу в движении частной собственности, в экономике.” То есть Маркс видит движущую причину истории в движении отчуждённого труда. Развитие этого отчуждения определяет историческое развитие, Маркс показал это ранее на примере победы капиталистической собственности над феодальной. Тут он ещё усиливает этот тезис: “Эта материальная, непосредственно чувственная частная собственность является материальным, чувственным выражением отчужденной человеческой жизни. Ее движение – производство и потребление – есть чувственное проявление движения всего предшествующего производства, т. е. оно представляет собой осуществление или действительность человека. Религия, семья, государство, право, мораль, наука, искусство и т.д. суть лишь особые виды производства и подчиняются его всеобщему закону.


Что будет, если отчуждение труда будет разрешено? Человек вернёт себе свою сущность: “Поэтому положительное упразднение частной собственности, как утверждение человеческой жизни, есть положительное упразднение всякого отчуждения, т.е. возвращение человека из религии, семьи, государства и т.д. к своему человеческому, т.е.общественному бытию. ”


Родовая сущность человека (по 1-й рукописи К.Маркса)


"Художник", картина Геннадия Голобкова

В первой философской рукописи Маркс рассуждает о родовой жизни и родовой сущности человека, об отчуждении родовой сущности, к которой приводит отчуждённый труд. Хочу остановиться на родовой сущности человека: как Маркс объясняет, что выделяет человека из природной среды (чем человек отличается от животного), то есть в чём заключается его родовая сущность.


Маркс начинает с тезиса, что физически родовая жизнь человека (то есть жизнь человеческого вида) и животного состоит во взаимодействии с природой: из природы они получают необходимое для жизни. Но по-сравнению с животным человек, во-первых, проявляет себя более универсальным в этом взаимодействии, во-вторых использует природу как предмет и орудие этого взаимодействия:


Родовая жизнь как у человека, так и у животного физически состоит в том, что человек (как и животное) живет неорганической природой, и чем универсальнее человек по сравнению с животным, тем универсальнее сфера той неорганической природы, которой он живет… Практически универсальность человека проявляется именно в той универсальности, которая всю природу превращает в его неорганическое тело, поскольку она служит, во-первых, непосредственным жизненным средством для человека, а во-вторых, материей, предметом и орудием его жизнедеятельности. Природа есть неорганическое тело человека, а именно – природа в той мере, в какой сама она не есть человеческое тело. Человек живет природой. Это значит, что природа есть его тело, с которым человек должен оставаться в процессе постоянного общения, чтобы не умереть. Что физическая и духовная жизнь человека неразрывно связана с природой, означает не что иное, как то, что природа неразрывно связана с самой собой, ибо человек есть часть природы.“


Грубый пример: китовая акула питается почти только одним планктоном, по-сравнению с ней человек питается не только готовыми плодами природы, но путём приготовления пищи может сделать съедобным то, что изначально таким не являлось, используя для этого орудия (нож, огонь, посуду и т.д.) - то есть человек более универсален. Это пример понятый, но грубый, потому что даже физическая жизнь человека не сводится к пропитанию, а ведь у человека есть ещё жизнь духовная. Маркс говорит, что универсальность человека превращает всю природу в неорганическое тело человека - то есть человеческий вид в своей жизни может использовать всю природу, вся природа становится его “неорганическим телом” (то есть телом не в буквальном смысле слова - руки, ноги и т.д., - а в широком: одежда, жилище и т.д.).


Но, пишет Маркс, универсальность не единственное, что отличает человека от животного. Человек, в отличие от животного, обладает волей и сознанием, он не предопределён своей жизнедеятельностью (не сливается с ней):


Животное непосредственно тождественно со своей жизнедеятельностью. Оно не отличает себя от своей жизнедеятельности. Оно есть эта жизнедеятельность. Человек же делает самое свою жизнедеятельность предметом своей воли и своего сознания. Его жизнедеятельность – сознательная. Это не есть такая определенность, с которой он непосредственно сливается воедино. Сознательная жизнедеятельность непосредственно отличает человека от животной жизнедеятельности. Именно лишь в силу этого он есть родовое существо. Или можно сказать еще так: он есть сознательное существо, т.е. его собственная жизнь является для него предметом именно лишь потому, что он есть родовое существо. Только в силу этого его деятельность есть свободная деятельность.”


То есть для человека собственная жизнь является предметом (человек может сознательно и волево изменять свою жизнь), и это возможно потому, что человек - родовое существо, то есть изменяет жизнь не в одиночку, а через через человеческий род, то есть через общественный труд. Та же мысль, сказанная другими словами: животное предопределено средой, а человек способен изменять среду (и природную, и социальную). Изменение среды человеческий род делает коллективно: общество и совместная деятельность (труд) позволяют человеку сознательно и волево изменять среду.


Маркс ещё развивает и усиливает свой тезис:


“Поэтому именно в переработке предметного мира человек впервые действительно утверждает себя как родовое существоЭто производство есть его деятельная родовая жизнь. Благодаря этому производству природа оказывается его произведением и его действительностью. Предмет труда есть поэтому опредмечивание родовой жизни, человека: человек удваивает себя уже не только интеллектуально, как это имеет место в сознании, но и реально, деятельно, и созерцает самого себя в созданном им мире.”


То есть человек преобразует природу и создаёт предметный мир, мир во-человеченной природы. Человек проявляет себя в предметном мире, смотрится в него, как в отражение самого себя (”деятельно созерцает самого себя”).


Практическое созидание предметного мира, переработка неорганической природы есть самоутверждение человека как сознательного – родового существа, т.е. такого существа, которое относится к роду как к своей собственной сущности, или к самому себе как к родовому существу. Животное, правда, тоже производит. Оно строит себе гнездо или жилище, как это делают пчела, бобр, муравей и т.д. Но животное производит лишь то, в чем непосредственно нуждается оно само или его детеныш; оно производит односторонне, тогда как человек производит универсально: оно производит лишь под властью непосредственной физической потребности, между тем как человек производит даже будучи свободен от физической потребности, и в истинном смысле слова только тогда и производит, когда он свободен от нее; животное производит только самого себя, тогда как человек воспроизводит всю природу; продукт животного непосредственным образом связан с его физическим организмом, тогда как человек свободно противостоит своему продукту. Животное строит только сообразно мерке и потребности того вида, к которому оно принадлежит, тогда как человек умеет производить по меркам любого вида и всюду он умеет прилагать к предмету присущую мерку; в силу этого человек строит также и по законам красоты.


Маркс подчёркивает, что в отличие от животного, деятельность которого предопределена его потребностями, человек опредмечивает (во-человечивает) природа тогда, когда от свободен от физической потребности. Маркс делает ещё более сильное утверждение: только это и есть производство (человеческий труд) в истинном смысле слова - свободный труд, труд по “собственной мерке”, труд по “законам красоты”, то есть преобразование природы в соответствии со своими идеалами, а не только физическими потребностями.


И это и есть родовая сущность человека, сущность человеческого рода - свободное во-человечивание мира по собственной мерке, свободное от животной предопределённости.





***

P.S. Интересно соотнести написанное Марксом со словами С.Е.Кургиняна. Вот что о вопросе соотношения культуры и природы, человека и природы сказал С.Е.Кургинян в цикле Суть Времени, выпуск №1:

"Обсуждая это, мы не можем не давать представление о человеке, о человеческом обществе. Мы должны договориться сначала (и это всем очевидно), что, кем бы ни был человек, тайна человека велика, и она будет исследоваться до тех пор, пока человек существует, и, вероятно, до этих же пор так и останется не до конца разгаданной. Что в любом случае человек не зверь, мы все понимаем. И что он не зверь не только потому, что имеет разум. Он обладает чем-то еще. Кто-то называет это душой, кто-то говорит о том, что он обладает сверхсознанием или чем-то еще, какой-то способностью
ориентироваться на смыслы.


В любом случае, человек принадлежит не только природе, хотя он принадлежит, конечно, и природе тоже. Он, как и зверь, ест, спит, пьет, производит потомство, защищает территорию, конкурирует с себе подобными, с кем-то кооперируется в коллективы (что на зверином языке называется стаей) и т.д., и т.п. Он во многом подобен зверю, но он не равен ему, не тождествен. Он представляет собой качественно другое. Разница между человеком и зверем столь же велика, как разница между культурой и природой. Человек создает свой социальный мир, свою среду, в которой он живет.

Внутри этого различия между человеком и природой возникает двуслойность или бинарность. Человек, с одной стороны, является в каком-то смысле зверем, а в каком-то
смысле чем-то иным. В том смысле, в каком он является зверем, у него есть потребности физические, отчасти психофизиологические и другие. В том смысле, в котором он является
чем-то иным, у него есть высшие мотивы, он реагирует на смыслы, он живет в мире ценностей, он имеет представление о чести, долге и о многом другом.

Это можно называть по-разному. Можно просто остаться при тех определениях, которые я сейчас даю, и их совершено достаточно.
"

А вот что о человеческой сущности, предопределённости, Марксе сказал С.Е. в Смысле игры 46:



http://www.youtube.com/watch?v=QJk5FTODfac